Остров-cайт Александра Радашкевича / Поэзия / СКАТЕРТЬ В АЛЫХ ПЯТНАХ

Поэзия

СКАТЕРТЬ В АЛЫХ ПЯТНАХ

 

 

                           

 

                          …конечно, скатерть в алых пятнах.

 

 

У МАМЫ

 

У мамы без мамы по пояс сугробы

и талые души в прозрачных мехах,

безбурные ветры, ручные бураны,

сокрывшие пухом провалы дорог,

и стены за стенами глубей зеркальных,

где стаи немые в краях узнаванья

срываются в твердь отражённых озёр.

Уфа расступается, вчуже родная,

всевешнее дышит за стёртым углом.

У мамы без мамы до неба сугробы

и детская мгла заоконных миров.

 

 

 

*   *   *

 

Кто нам читает книгу жизни с возвратного начала

до стёртого конца, кто чертит страшные картинки иль

соблазнительные виды, кто шелестит шершавыми

страницами и золотит пупырчатый обрез, кто сушит

в ней усопшие цветы и бережёт блудливые записки,

кто выдумал сафьянный переплёт и лупоглазую

обложку, кто главы впрок перемешал и опускает

голые слова, дописывая выпавшие буквы, кто вырвал

недочитанные главы и вычеркнул живые имена,

кто пересыпал ранним снегом, кто – прахом дорогим,

кто возвращает прошлые закладки, тасуя оглавленье

без конца, и выдаёт за громкий эпилог невнятные

сентенции пролога? И кто прообразы подвёл под

образа сквозь анфилады тупиков зеркальных?..

Форзац муаровый, тиснёный корешок, надуманный

экслибрис, сплетающий узлом инициалы. Присев

на ствол обрушенной колонны и глядя нам в закрытые

глаза, кто нам читает книгу жизни от буквицы

безвинного начала до скобок безначального конца?

 

«Знамя», №5, 2018 г.

 


 
Hugediscountmeds.com.
Вавилон - Современная русская литература Журнальный зал Персональный сайт Муслима Магомаева Российский Императорский Дом Самый тихий на свете музей: памяти поэта Анатолия Кобенкова Международная Федерация русскоязычных писателей (МФРП)