Остров-cайт Александра Радашкевича / Поэзия / Из сборника "Созвездие Лиры" (2017)

Поэзия

Из сборника "Созвездие Лиры" (2017)

 

 

 

Александр Радашкевич

Переводы на английский: Ральф Бур (США)

Translations by Ralph Burr (USA)

 

 

 

 

*    *    *

 

                                 ...И рухнет вся моя мансарда

                                 С её мансардным барахлом.

                                                    К. Померанцев

 

 

Мою мансарду ранил ураган

конца двадцатого

столетья. Расплылись письма

и слиплись взгляды фотографий

любимых, посторонних и врагов,

великих городов набухли виды

и насмерть захлебнулся телефон

далёкими родными голосами.

И лишь на блоковском челе

шершавом означилось прозрачное

лобзанье тысячелетия иного

от Твоего, о Боже, Рождества.

I.2000. Париж

 

 

 

 

*   *   *

                       

...And my garret comes crashing in

                        With all its garretish junk.

                                               K. Pomerantsev

 

A hurricane ripped through my garret

at the end of the twentieth

century. Letters ran blurry

and gazes stuck fast together in photos

of loved ones, strangers and enemies,

vistas of great cities swelled up

and the telephone choked to death

with dearest distant voices.

And only Blok’s rough brow revealed

the pure blessing-kiss

of another thousand years

since Your birth, O Lord.

 

Paris, January 2000

 

 

 

        

          

             УТРО

 

 

Высоко над остылой землёй,

      в поднебесье, где тоскуют и

помнят о нас наши песни,

     разгорается пламенный день

на границе тех миров, где у птиц

     сокровенные лица.

 

Напророчил сей век и слепил

     из пустого: только нитка

в руке от плаща золотого,

     а от града пиров разлетается

пепел, и врата поснимали

     с заржавленных петель.

 

Но живыми слывём и в конце

     той аллеи, где зерно

на ладони живой каменеет,

     где тоскуют и помнят о нас

наши песни – высоко над

     постылой землёй, в поднебесье.

 

           13.XI.2000. Богемия

 

 

                        

MORNING

 

High above this frozen earth,

            in the heavens where our songs

remember us and weep,

            the fiery day bursts forth

on the border of those worlds where birds

            keep their hidden faces.

 

This age has prophesied and dazzled

            in vain: only a thread

remains of the mantle of gold,

            while the city of feasts scatters

in ashes, and its gates are torn

            from their rusted hinges.

 

But it's said we're alive even at the end

            of that garden path where seed

turns to stone in living palm,

            where our songs remember us

and weep – high above

            this hateful earth, in the heavens.

 

Bohemia, 13 November 2000

 

 

 

 

 

*    *    *

 

 

Неужели когда-то певцы

пели, неужели зимою была

зима, звёзды падали, листья

шумели и по ветру неслись долго-

жданные письма через мудрые

горы и слепые озёра, и мы знали,

что будем живы, как и были,

сейчас и всегда?

 

Неужели всё звалось и пахло

иначе, хлеб хрустел и смеялась

вода, неужели мы век торопили,

веря, что с нами сейчас и всегда

все, кто ушёл за свинцовые веки,

неужели когда-то так громко

молчала, глядя в души,

Его тишина?

 

2011

 

 

 

*   *   *

 

Can it be that singers once

sang, that winter was

winter and stars used to fall, that leaves

rustled and long-awaited letters

were carried on the wind across wise

mountains and blind lakes, and we knew

we would live as we had always lived,

now and forever?

 

Can it be that everything had a different name and

smell, that bread crunched and water

laughed, that we rushed our life believing

that all those departed behind leaden eyelids

were with us now and forever,

can it be that the silence of His stillness,

peering into our soul, was once

so loud?

 

2011

 

 

 

 

 


 
Hugediscountmeds.com.
Вавилон - Современная русская литература Журнальный зал Персональный сайт Муслима Магомаева Российский Императорский Дом Самый тихий на свете музей: памяти поэта Анатолия Кобенкова Международная Федерация русскоязычных писателей (МФРП)