Остров-cайт Александра Радашкевича / Поэзия / Из сборника "Созвездие Лиры" (2015)

Поэзия

Из сборника "Созвездие Лиры" (2015)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

3 poèmes inédits de Piet LINCKEN

Три неизданные стихотворения Пьета ЛИНКЕНА

 

 

Piet LINCKEN, belge d’origine franco-suédoise, est publié entre autres aux éditions de L’Age d’Homme (S’entraîner au passage des abîmes, poésie, 2011; Brigitte de Suède, comme la neige se fond, essai, 2013). Mais aussi chez les éditeurs L’Atelier de l’Agneau (Des éléments premiers, poésie), M.E.O. (Parmi les sphères, poésie), Le Coudrier (J’ai cru voir un dieu, poésie), Passage d’encres (Présent gnomique), etc. Piet Lincken mène un parcours pluridisciplinaire: écrivain, compositeur, artiste plasticien.

 

Пьет ЛИНКЕН, бельгиец франко-шведского происхождения, публикуется в издательстве LAge dHommeSentraîner au passage des abîmes», стихи, 2011; «Brigitte de Suède, comme la neige se fond», эссе, 2013), а также – LAtelier de lAgneauDes éléments premiers», стихи), M.E.O. («Parmi les sphères», стихи), Le CoudrierJai cru voir un dieu», стихи), Passage dencresPrésent gnomique») и т.д. Творчество П. Линкена многогранно: он писатель, композитор и скульптор.

 

 

 

Condamnée

à clore la verdeur de sa bouche

la forêt n’a plus de contrôle d’elle-même.

Elle doit se taire au profit des chasseurs,

des joggers, des cyclomoteurs,

et derrière les haies, derrière même

les rondins de bois, les souches

sèches qui attendent la scierie ou le feu,

les trolls tremblant enfouissent la tête

dans des trous et s’effarent en creusant comme des taupes.

« Pauvres de nous! Qu’allons-nous devenir, malheureux

que nous sommes à nous cacher comme des bêtes

à écorcher? »

 

 

 

Обречённый

зажать зелень рта своего,

лес уж больше себе не хозяин.

Молча должен терпеть он охотников,

бегунов или мотоциклистов,

и за валом, даже за горами

брёвен иссохшие пни его

ждут пилы и огня лишь,

дрожащие тролли прячут головы

в норы, как кроты, зарываясь от страха.

«Бедные, бедные мы! Что с нами будет,

несчастными, что попрятались,

словно звери, обречённые

на свежеванье?» 

 

 

 

 

 

Un seul fait : à mon insu, sur le rivage,

un cercle invisible va directement à la lumière,

              d’où naît une joie immense.

 

La nuit, les rennes, castors, rats musqués,

traversent les champs comme poursuivis par le feu.

              Nos langues s’oublient, notre nom se perd.

 

Doit-on s’étonner que la tempête ait pu naître?

Autour de soi s’agite sans cesse le réel, ce qui semble tel.

               Le vrai s’impose comme roucoulement de ramier.

 

Bâtir sa demeure, creuser son sillon : point d’autre choix.

« Les plus habiles enfantent des merveilles. »

 

 

 

Только одно: без ведома моего на берегу

незримый круг приближается прямо к свету,

что рождает безмерную радость.

 

В ночь олени, бобры и ондатры

пересекают поля, будто спасаясь от пламени.

Наши языки забываются, и имя стирается наше.

 

Удивляться ли стоит, что буря могла разразиться?

О себе беспрестанно печётся реальность и что ею рядится.

Утверждает себя воркованием вяхиря сущее.

 

Строить дом свой, свою борозду пропахать – только это дано.

«Лишь умелые самые явят свету свои чудеса». 

 

 

 

 

 

Ne pas chercher à en connaître davantage.

L’intelligence du cœur suffira.

Peut-être savoir que l’univers

de telle manière fonctionne

ou comment l’Homme ment.

Peut-être le savoir…peut-être.

 

Planète. Me voici à te contempler.

Un parmi des milliards. Un grain de sable,

on l’a déjà dit. Heureux de n’être qu’une poussière.

Certains ont voulu être caillou, tyran,

même Ange; qu’ils n’en soient pas récompensés, sauf l’Ange

si rare et si léger. Moi, je ne me reconnais

que comme pomme de pin, paillette de terre arable,

oisillon sautillant. Seule vie fière

qui vaille d’être, j’ai vu la mouette et le canard, le paon

et le renne, la beige éclipse et la rouge fange.

Pourrait-on dire que ce peu suffit?

On peut dire que ce peu suffit.

 

 

Не стремиться познать больше.

Хватит мудрости сердца.

Может, понять, как Вселенная

слажена и как лжёт человек.

Может, понять… Может быть.

 

Планета. Вот созерцаю тебя я.

Из миллиардов один. Песчинка,

как сказано кем-то. Счастлив, что только прах.

Другие рвались стать галькой, тираном

иль ангелом даже. Пусть всем им воздастся, кроме ангела,

столь редкого и невесомого столь. Я же себя принимаю

лишь за еловую шишку, крупицу пахотной земли

и за птенчика-скакуна. Стоит прожить только

гордую жизнь; видел я чайку и утку, павлина

и северного оленя, бежевое затмение и багровую топь.

Можно ль сказать, этой малости хватит?

Можно сказать, этой малости хватит.

 

 

 

Piet LINCKEN

Переводы Александра РАДАШКЕВИЧА

 

 

 

 

 

 

 


 
Hugediscountmeds.com.
Вавилон - Современная русская литература Журнальный зал Персональный сайт Муслима Магомаева Российский Императорский Дом Самый тихий на свете музей: памяти поэта Анатолия Кобенкова Международная Федерация русскоязычных писателей (МФРП)