Остров-cайт Александра Радашкевича / Поэзия / ГРУЗИНСКИЕ СТИХИ

Поэзия

ГРУЗИНСКИЕ СТИХИ

 

                         

 

                         ЭТО КАК БУДТО

 

 

 

 

Грузия – это как будто ты уже

умер иль не рождался ещё.

Колхидская холёная волна

ходит нагими ночами во мне.

О Сакартвело, что нас привело

и уложило в рассветное море

и в бирюзовом гамаке между

гравюрными соснами под

проплывающей бережно

чайкой, что колется на две?

Что водит пса слепого, как

Гомера, безлюдными песками

в час разлук? И сдохнет ли

у пыльных стоп седого Одиссея?

Куда глядит весь день, как

бледный монолит, недвижная

корова чёрным взором?

В старом небе, нечаянно-

чающем, тот несказуемый

облачный бог, что водит

толстым пальцем Пиросмани.

И я целую праведное море

прощальными губами, как

дитя, которое не ведало доднесь

ни встреч, ни расставаний.

О Сакартвело, что нас

увело из мира сопредельных

снов без сна и без оглядки?

И я гляжу в незнаемое море

с премудрою бурёнкой, не мигая.

Грузия – это как будто было,

что будет: ты ещё умер

иль не рождался уже.

 

 

 

                                            VI.2009

 

 

 

 

 

 

 

                         ГРУЗИНСКИЙ ФРИЗ

 

 

 

 

И мраморная пятка Пиросмани

на залитом вселенной бульваре,

и наглый цыганёнок, цепляющий

прохожих за сытые бока,

то тбилисское круглое утро, где

танец жизни недвижимый,

как взгляд над первой сигаретой,

льющей предвечно понурый дымок,

те соты судеб, как дробь дворов,

и балконы-балконы-балконы, и

балконы над бездной премудрой,

та смолистая тень платанов на

классически вогнутых холмах

и кофейная пенка в чертогах

у блаженнейшего патриарха, те

улички, влекущие в святое никуда,

та скорбная корова с ушастым

коровёнком под дланевидным

несбыточным клёном да тени

приморские прошлого сада,

как на нагой и несмелой иконе,

где ангелы млечно целуют в плечо,

та мраморная пятка Пиросмани

на последнем рассветном бульваре,

тот я, которого не помню и

который не встретит меня.

 

 

 

                                                  2010

 

 

 

 

 

 

                          ГРУЗИИ

 

        

 

 

Пустые храмы снов и дней,

по стенам из зелёного нефрита 

вислые флаги отпетых надежд,

связки ключей от заветного где-то,

и статуи, укутанные в мраморные

робы, с раскрытыми обратными

глазами спят на прозрачных

своих пьедесталах;

то славя идолов, то раздирая их,

беснуется вовне стозевная толпа,

пленяясь чужестранными речами,

но вяжется опалово лоза по алтарям,

плывущим в искупительное море,

под куполом из талых облаков

завис дымок от фимиама,

скорбит в пустыне витязь Тариэл,

и тигровая ломкая тень выпевает:

Вепхисткаосани.

Пустые храмы скользких дней,

руины судеб, рваный ветер,

по стенам из зелёного нефрита

уложены сотлевшие трофеи,

и бродят статуи с обратными

глазами по убывающим кругам,

и мгла вползает по ступеням.

А ты лучись, животворящий

столп, а ты свети,

Светицховели!

 

 

 

                         2011

 

 

 

 

 

 

 

 


 
Hugediscountmeds.com.
Вавилон - Современная русская литература Журнальный зал Персональный сайт Муслима Магомаева Российский Императорский Дом Самый тихий на свете музей: памяти поэта Анатолия Кобенкова Международная Федерация русскоязычных писателей (МФРП)